Рано или поздно примиряешься с тем, что кто-то из твоего окружения ушел из жизни. Однако, чем более значительна для тебя потеря, тем больше времени уходит на такую адаптацию. Я до сих пор не в полной мере осознал, что Марата Еноковича Вартаняна нет в живых, хотя прошло уже 6 лет. Задумываясь над этим состоянием, я пытаюсь найти его причины. Полностью их раскрыть трудно, но они главным образом в самом Марате Еноковиче. Он сочетал в себе черты удивительно многогранной неординарной личности человека, ученого, врача. Многое он унаследовал от замечательных, высокообразованных родителей, но, кроме того, сам сумел развить в себе многие положительные черты.

М. Е. Вартанян был общительным и внимательным человеком, интересным, очень образованным собеседником. Он был одинаково цельным и как семьянин, и как друг, и как гражданин. Когда в моей жизни возникали трудные ситуации, ориентиром в поведении для меня был Марат Енокович. Его интеллигентность поражала нас, его друзей, особенно в тех случаях, когда по отношению к нему или к нам другие люди поступали некорректно. Он был оптимистом и всегда старался настроить собеседника на такой же тон. Если что-то не клеилось в жизни или на работе, когда мы просто физически уставали (например, при длительном ожидании самолетов «Аэрофлота»), он мог пошутить, умел подбодрить и поднять настроение. Марат Енокович был очень гостеприимным и хлебосольным человеком. Эти качества с одной стороны, были унаследованы от родителей, а с другой — поддерживались его женой.

Марат Енокович был человеком высокой морали во всем. Он никогда никого не осуждал, даже тех людей, которые предавали его, непорядочно поступали по отношению к нему (открыто или тайно), организовывали «травлю». В связи с этим все приходило к нему с небольшой задержкой, но тем не менее он был единодушно избран в Академию, стал директором Всесоюзного Научного центра психического здоровья, созданного главным образом им.

Как ученый Марат Енокович отличался огромной любознательностью и стремлением к новому. Я узнавал от него о многих новых направлениях в науке. Он не только знал их, но и подключался к их разработке. Научные интересы его простирались от молекулярной генетики до клинической медицины. В разработке научных направлений проявлялись его лучшие черты как ученого: смелость, оригинальность мышления, добросовестность в сборе материала, уважение к мнению коллег, продвижение молодых ученых. Все эти качества не легко было реализовать в 50—60-е годы, когда руководство наукой было достаточно жестким, но проявлению врожденных способностей Марата Еноковича как ученого «от Бога» это не мешало.

В начале 60-х годов у многих пытливых молодых ученых-медиков появился интерес к генетике человека и наследственным болезням. Хотя диктатура Лысенко еще господствовала в официальных программах, свежий ветер уже будоражил молодых ученых, занимавшихся расшифровкой генетического кода, изучением хромосомной этиологии болезней, радиационной генетики. Под влиянием широкой просветительской работы, проводимой генетиками старшего поколения (Н. П. Дубининым, В. В. Сахаровым, А. А. Прокофьевой—Бельговской, С. Н. Давиденковым, В. П. Эфроимсоном и другими), появились точки роста медицинской генетики. Одна из них возникла в Научно-исследовательском институте психиатрии АМН СССР в лице М. Е. Вартаняна. К этому времени, хотя ему не было еще 30 лет, он уже прошел клиническую подготовку по психиатрии у выдающегося психиатра А. В. Снежневского и защитил кандидатскую диссертацию.

Основной тематикой научных исследований, проводившихся в Институте, было изучение шизофрении. Одних клинических уточнений и сопоставлений уже было недостаточно. Как это подсказывала зарубежная литература по психиатрии и медицинской генетике углубленный анализ шизофрении невозможно было проводить без изучения генетических аспектов. М. Е. Вартанян не побоялся нового направления и вскоре вошел в генетическое сообщество как профессионал-генетик, сохраняя свои высокие позиции в психиатрии. Возрождение клинической генетики в нашей стране во многом связано с активной позицией Марата Еноковича, его высокой самоотдачей, блестящими организаторскими способностями (председатель Московского общества генетиков и селекционеров, член Президиума Всесоюзного общества генетиков и селекционеров им. Н. И. Вавилова, организатор семинаров, конференций, симпозиумов и т. п.). Создав клинико-генетическое направление в психиатрии, Марат Енокович стремится к углублению исследований в этом направлении и переводит их на теоретико-генетический уровень через привлечение в свой коллектив цитогенетиков, молекулярных генетиков, математиков. На основе знания генетики патологической физиологии, иммунологии он создал новое направление в психиатрии — биологическую психиатрию.

В наше трудное время, называемое переходным периодом, нам особенно не хватает людей с чувством гражданственности и высокой моралью, таких талантливых ученых и настоящих друзей, каким был Марат Енокович Вартанян.

Н. П. Бочков,

Вице-президент Российской академии медицинских наук